Главное меню

Марина Цветаева, «Поэма Горы»

Марина Цветаева. Marina Tsvetaeva

Стихотворения и биография М. Цветаевой

Другая поэма:

«Поэма конца»

«Поэма Горы»

Поэма Горы

Liebster, Dich wundert 
die Rede? Alle Scheidenden 
reden wie Trunkene und 
nehmen gerne sich festlich… 
Holderlin 

Посвящение

Вздрогнешь - и горы с плеч, 
И душа - горЕ. 
Дай мне о гОре спеть: 
О моей горЕ. 

Чёрной ни днесь, ни впредь 
Не заткну дыры. 
Дай мне о гОре спеть 
На верху горы. 

I

Та гора была, как грудь 
Рекрута, снарядом сваленного. 
Та гора хотела губ 
Девственных, обряда свадебного 

Требовала та гора. 
- Океан в ушную раковину 
Вдруг ворвавшимся ура! 
Та гора гнала и ратовала. 

Та гора была, как гром. 
Зря с титанами заигрываем! 
Той горы последний дом 
Помнишь - на исходе пригорода? 

Та гора была - миры! 
Бог за мир взымает дорого! 
Горе началось с горы. 
Та гора была над городом. 

II

Не Парнас, не Синай - 
Просто голый казарменный 
Холм. - Равняйся! Стреляй! 
Отчего же глазам моим 
(Раз октябрь, а не май) 
Та гора была - рай? 

III

Как на ладони поданный 
Рай - не берись, коль жгуч! 
Гора бросалась пОд ноги 
Колдобинами круч. 

Как бы титана лапами 
Кустарников и хвой, 
Гора хватала зА полы, 
Приказывала: стой! 

О, далеко не азбучный 
Рай - сквознякам сквозняк! 
Гора валила навзничь нас, 
Притягивала: ляг! 

Оторопев под натиском, 
- Как? Не понять и днесь! 
Гора, как сводня - святости 
Указывала: здесь… 

IV

Персефоны зерно гранатовое! 
Как забыть тебя в стужах зим? 
Помню губы, двойною раковиной 
Приоткрывшиеся моим. 

Персефона, зерном загубленная! 
Губ упорствующий багрец, 
И ресницы твои - зазубринами, 
И звезды золотой зубец… 

V

Не обман - страсть, и не вымысел, 
И не лжёт, - только не дли! 
О, когда бы в сей мир явились мы 
ПростолЮдинами любви! 

О, когда б, здраво и пОпросту: 
Просто - холм, просто - бугор… 
(Говорят, тягою к пропасти 
Измеряют уровень гор.) 

В ворохах вереска бурого, 
В островах страждущих хвой… 
(Высота бреда над уровнем 
Жизни) 
- НА же меня! Твой… 

Но семьи тихие милости, 
Но птенцов лепет - увы! 
Оттого что в сей мир явились мы – 
Небожителями любви! 

VI

Гора горевала (а горы глиной 
Горькой горюют в часы разлук), 
Гора горевала о голубиной 
Нежности наших безвестных рук. 

Гора горевала о нашей дружбе:
Губ - непреложнейшее родство! 
Гора говорила, что коемужды 
Сбудется - по слезам его. 

Ещё говорила гора, что табор - 
Жизнь, что весь век по сердцам базарь! 
Ещё горевала гора: хотя бы 
С дитятком - отпустил Агарь! 

Ещё говорила, что это - демон 
Крутит, что замысла нет в игре. 
Гора говорила, мы были немы, 
Предоставляли судить горе. 

VII

Гора горевала, что только грустью 
Станет - чтО ныне и кровь и зной. 
Гора говорила, что не отпустит 
Нас, не допустит тебя с другой. 

Гора горевала, что только дымом 
Станет - чтО ныне: и мир, и Рим. 
Гора говорила, что быть с другими 
Нам (не завидую тем другим!). 

Гора горевала о страшном грузе 
Клятвы, которую поздно клясть. 
Гора говорила, что стар тот узел 
Гордиев - долг и страсть. 

Гора горевала о нашем горе - 
Завтра! Не сразу! Когда над лбом - 
Уж не memento, а просто - море! 
Завтра, когда поймём. 

Звук… Ну как будто бы кто-то просто 
Ну… плачет вблизи? 
Гора горевала о том, что врозь нам 
Вниз, по такой грязи - 

В жизнь, про которую знаем всЕ мы 
Сброд - рынок - барак. 
Ещё говорила, что все поэмы 
Гор - пишутся - так. 

VIII

Та гора была, как горб 
Атласа, титана стонущего. 
Той горою будет горд 
Город, где с утра и дО ночи мы 

Жизнь свою - как карту бьём! 
Страстные, не быть упорствуем. 
Наравне с медвежьим рвом 
И двенадцатью апостолами - 

Чтите мой угрюмый грот. 
(Грот - была, и волны впрыгивали!) 
Той игры последний ход 
Помнишь - на исходе пригорода? 

Та гора была - миры! 
Боги мстят своим подобиям! 
. . . . . . . . . . . . . .  
Горе началось с горы. 
Та гора на мне - надгробием. 

IX

Минут годы, и вот означенный 
Камень, плоским сменённый, снят. 
Нашу гору застроят дачами, - 
Палисадниками стеснят. 

Говорят, на таких окраинах 
Воздух чище и легче жить. 
И пойдут лоскуты выкраивать, 
Перекладинами рябить. 

Перевалы мои выструнивать, 
Все овраги мои вверх дном! 
Ибо надо ведь - хоть кому-нибудь 
Дома - в счастье, и счастья в дом! 

Счастья - в доме! Любви без вымыслов! 
Без вытягивания жил! 
Надо женщиной быть - и вынести! 
(Было-было, когда ходил, 

Счастье - в доме!) Любви, не скрашенной 
Ни разлукою, ни ножом. 
На развалинах счастья нашего 
Город встанет - мужей и жён. 

И на том же блаженном воздухе 
- Пока можешь ещё - греши! - 
Будут лавочники на отдыхе 
Пережёвывать барыши, 

Этажи и ходы надумывать - 
Чтобы каждая нитка - в дом! 
Ибо надо ведь - хоть кому-нибудь 
Крыши с аистовым гнездом! 

X

Но под тяжестью тех фундаментов 
Не забудет гора - игры. 
Есть беспутные, нет беспамятных: 
Горы времени - у горы! 

По упорствующим расселинам
Дачник, поздно хватясь, поймёт: 
Не пригорок, поросший семьями, - 
Кратер, пущенный в оборот! 

Виноградниками Везувия 
Не сковать! Великана льном 
Не связать! Одного безумия 
Уст - достаточно, чтобы львом 

Виноградники заворочались, 
Лаву ненависти струя. 
Будут девками ваши дочери 
И поэтами - сыновья! 

Дочь, ребёнка расти внебрачного! 
Сын, цыганкам себя страви! 
Да не будет вам места злачного, 
Телеса, на моей крови! 

ТвЁрже камня краеугольного, 
Клятвой смертника на одре: 
- Да не будет вам счастья дольнего, 
Муравьи, на моей горе! 

В час неведомый, в срок негаданный 
ОпознАете всей семьёй 
Непомерную и громадную 
Гору заповеди седьмой! 

Послесловие

Есть пробелы в памяти, бельма 
На глазах: семь покрывал… 
Я не помню тебя - отдельно. 
Вместо чЕрт - белый провал. 

Без примет. Белым пробелом - 
Весь. (Душа, в ранах сплошных, 
Рана - сплошь.) Частности мелом 
Отмечать - дело портных. 

Небосвод - цельным основан. 
Океан - скопище брызг?! 
Без примет. Верно - особый - 
Весь. Любовь - связь, а не сыск. 

Вороной, русой ли масти - 
Пусть сосед скажет: он зряч. 
Разве страсть - делит на части? 
Часовщик я, или врач? 

Ты - как круг, полный и цельный: 
Цельный вихрь, полный столбняк. 
Я не помню тебя отдельно 
От любви. Равенства знак. 

(В ворохах сонного пуха: 
Водопад, пены холмы - 
Новизной, странной для слуха, 
Вместо: я - тронное: мы…) 

Но зато, в нищей и тесной 
Жизни - «жизнь, как она есть» - 
Я не вижу тебя совместно 
Ни с одной: 
- Памяти месть. 

1 января - 1 февраля 1924 г.
Прага. Гора.
Декабрь 1939. Голицыно, Дом писателей


Эпиграф:
О любимый! Тебя удивляет эта речь? Все расстающиеся говорят как пьяные и любят торжественность. Гёльдерлин. (Перевод М. Цветаевой.)
Memento mori (лат.) - помни о смерти.
Камень, плоским сменённый, снят - Т.е. вместо этого камня (горы на мне) будет плоский (плита) (примечание М. Цветаевой)