Главное меню

Геннадий Шпаликов

Шпаликов Геннадий Фёдорович (6 сентября 1937, г.Сегежа Карельской АССР - 1 ноября 1974, Переделкино; похоронен на Ваганьковском кладбище в Москве) - советский поэт, кинорежиссёр, киносценарист.
Геннадий Шпаликов. Gennady Shpalikov

Подробнее

Фотогалерея (12)

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом.
Если Вы считаете, что Ваши права нарушены, - свяжитесь с автором сайта.

Стихи (21):

***

Жила с сумасшедшим поэтом, 
Отпитым давно и отпетым. 
И то никого не касалось, 
Что девочке горем казалось. 

О нежная та безнадёжность, 
Когда всё так просто и сложно, 
Когда за самой простотою - 
Несчастья верста за верстою. 

Несчастья? Какие несчастья? - 
То было обычное счастье, 
Но счастье и тем непривычно, 
Что выглядит очень обычно. 

И рвано и полуголодно, 
И солнечно или холодно, 
Когда разрывалось на части 
То самое славное счастье. 

То самое славное время, 
Когда мы не с теми - а с теми, 
Когда по дороге потерей 
Ещё потеряться не верим. 

А кто потерялся - им легче, 
Они все далече, далече. 

Январь 1974


***

Собака ты, собака, 
Ты рыжая, я - сед. 
Похожи мы, однако, 
Я твой всегда сосед. 

Похожи мы по роже, 
А также по тому… - 
Тебе, собака, сложно - 
Ты всё-таки «Му-му». 

Жлобам на свете проще, 
Собака, ты не жлоб, 
И дождь тебя полощет 
И будит через жолб. 

Мне от того не хуже, 
Не лучше - ничего, 
Собачья жизнь поможет, 
Излечит от всего. 

Октябрь 1973


***

Я к вам травою прорасту, 
Попробую к вам дотянуться, 
Как почка тянется к листу 
Вся в ожидании проснуться. 

Однажды утром зацвести, 
Пока её никто не видит, 
А уж на ней роса блестит 
И сохнет, если солнце выйдет. 

Оно восходит каждый раз 
И согревает нашу землю, 
И достигает ваших глаз, 
А я ему уже не внемлю. 

Не приоткроет мне оно 
Опущенные тяжко веки, 
И обо мне грустить смешно, 
Как о реальном человеке. 

А я - осенняя трава, 
Летящие по ветру листья, 
Но мысль об этом не нова, 
Принадлежит к разряду истин. 

Желанье вечное гнетёт, 
Травой хотя бы сохраниться - 
Она весною прорастёт 
И к жизни присоединится. 

?


***

Мы поехали за город, 
А за городом дожди. 
А за городом заборы, 
За заборами - вожди. 

Там трава немятая, 
Дышится легко. 
Там конфеты мятные, 
Птичье молоко. 

За семью заборами, 
За семью запорами 
Там конфеты мятные, 
Птичье молоко. 

?


Батум

Работа нетяжёлая, 
И мне присуждено 
Пить местное, дешёвое 
Грузинское вино. 

Я пью его без устали, 
Стакан на свет гляжу, 
С матросами безусыми 
По городу брожу. 

С матросами безусыми 
Брожу я до утра 
За девочками с бусами 
Из чешского стекла. 

Матросам завтра вечером 
К Босфору отплывать, 
Они спешат, их четверо, 
Я пятый - мне плевать. 

Мне оставаться в городе, 
Где море и базар, 
Где девочки негордые 
Выходят на бульвар. 

?


О собаках

Я со псом разговаривал ночью, 
Объясняясь, - наедине, - 
Жизнь моя удаётся не очень, 
Удаётся она не вполне. 

Ну, а всё же, а всё же, а всё же, - 
Я спросил у случайного пса, - 
Я не лучше, но я и не плоше, 
Как и ты - среди псов - не краса. 

Ты не лучший, единственный - верно, 
На меня ты печально глядишь, 
Я ж смотрю на тебя суеверно, 
Объясняя собачую жизнь. 

Я со псом разговаривал ночью, 
Разговаривал - наедине, - 
И выходит - у псов жизнь не очень, 
Удаётся она не вполне. 

?


***

Не принимай во мне участья 
И не обманывай жильём, 
Поскольку улица, отчасти, 
Одна - спасение моё. 

Я разучил её теченье, 
Одолевая, обомлел, 
Возможно, лучшего леченья 
И не бывает на земле. 

Пустые улицы раскручивал 
Один или рука в руке, 
Но ничего не помню лучшего 
Ночного выхода к реке, 

Когда в заброшенном проезде 
Открылись вместо тупика 
Большие зимние созвездья 
И незамёрзшая река. 

Всё было празднично и тихо 
И в небесах и на воде. 
Я днём искал подобный выход, 
И не нашёл его нигде. 

?


***

Ах улицы, единственный приют, 
Не для бездомных - 
Для живущих в городе. 
Мне улицы покоя не дают, 
Они мои товарищи и вороги. 

Мне кажется - не я по ним иду, 
А подчиняюсь, двигаю ногами, 
А улицы ведут меня, ведут 
По заданной единожды программе. 

Программе переулков дорогих, 
Намерений весёлых и благих. 

Декабрь 1963


***

Бывает всё на свете хорошо, - 
В чём дело, сразу не поймёшь, - 
А просто летний дождь прошёл, 
Нормальный летний дождь. 

Мелькнёт в толпе знакомое лицо, 
Весёлые глаза, 
А в них бежит Садовое кольцо, 
А в них блестит Садовое кольцо, 
И летняя гроза. 

А я иду, шагаю по Москве, 
И я пройти ещё смогу 
Солёный Тихий океан, 
И тундру, и тайгу. 

Над лодкой белый парус распущу, 
Пока не знаю, с кем, 
Но если я по дому загрущу, 
Под снегом я фиалку отыщу 
И вспомню о Москве. 

1963 ?


Музыка: Андрей Петров.

***

Людей теряют только раз, 
И след, теряя, не находят, 
А человек гостит у вас, 
Прощается и в ночь уходит. 

А если он уходит днём, 
Он всё равно от вас уходит. 
Давай сейчас его вернём, 
Пока он площадь переходит. 

Немедленно его вернём, 
Поговорим и стол накроем, 
Весь дом вверх дном перевернём 
И праздник для него устроим. 

?


***
(Песня из пьесы)

Лают бешено собаки 
В затухающую даль, 
Я пришёл к вам в чёрном фраке, 
Элегантный, как рояль. 
Было холодно и мокро, 
Жались тени по углам, 
Проливали слёзы стекла, 
Как герои мелодрам. 
Вы сидели на диване, 
Походили на портрет. 
Молча я сжимал в кармане 
Леденящий пистолет. 
Расположен книзу дулом 
Сквозь карман он мог стрелять, 
Я всё думал, думал, думал - 
Убивать, не убивать? 
И от сырости осенней 
Дрожи я сдержать не мог, 
Вы упали на колени 
У моих красивых ног. 
Выстрел, дым, сверкнуло пламя, 
Ничего уже не жаль. 
Я лежал к дверям ногами - 
Элегантный, как рояль. 

1959


***

Ах, утону я в Западной Двине! 
Или погибну как-нибудь иначе. 
Страна не зарыдает обо мне, 
Но обо мне товарищи заплачут. 

Они меня на кладбище снесут, 
Простят долги и старые обиды. 
Я отменяю воинский салют. 
Не надо мне гражданской панихиды. 

Я никогда не ездил на слоне 
И не решал важнейшие задачи. 
Страна не зарыдает обо мне, 
Но обо мне товарищи заплачут. 

Не выйдет утром траурных газет, 
Подписчики по мне не зарыдают. 
Прости, прощай, Центральный Комитет! 
И гимна надо мною не сыграют. 

?


***

Хоронят писателей мёртвых, 
Живые идут в коридор. 
Служителей бойкие мётлы 
Сметают иголки и сор. 

Мне дух панихид неприятен, 
Я в окна спокойно гляжу 
И думаю - вот мой приятель, 
Вот я в этом зале лежу. 

Не сделавший и половины 
Того, что мне сделать должно, 
Ногами направлен к камину, 
Оплакан детьми и женой. 

Хоронят писателей мёртвых, 
Живые идут в коридор. 
Живые людей распростёртых 
Выносят на каменный двор. 

Ровесники друга выносят, 
Суровость на лицах храня, 
А это - выносят, выносят, - 
Ребята выносят меня! 

Гусиным или не гусиным 
Бумагу до смерти марать, 
Но только бы не грустили 
И не научились хворать. 

Но только бы мы не теряли 
Живыми людей дорогих, 
Обидами в них не стреляли, 
Живыми любили бы их. 

Ровесники, не умирайте. 

1959


***

Стоял себе расколотый - 
Вокруг ходил турист, 
Но вот украл Царь-колокол 
Известный аферист. 

Отнёс его в Столешников 
За несколько минут, 
А там сказали вежливо, 
Что бронзу не берут. 

Таскал его он волоком, 
Стоял с ним на углу, 
Потом продал Царь-колокол 
Британскому послу. 

И вот уже на Западе 
Большое торжество - 
И бронзовые запонки 
Штампуют из него. 

И за границей весело 
В газетах говорят, 
Что в ужасе повесился 
Кремлёвский комендант. 

А аферист закованный 
Был сослан на Тайшет, 
И повторили колокол 
Из пресс-папье-маше. 

Не побоялись бога мы 
И скрыли свой позор - 
Вокруг ходил растроганный 
Рабиндранат Тагор. 

Ходил вокруг да около, 
Зубами проверял, 
Но ничего про колокол 
Плохого не сказал. 

?


Половина девятого

Солнцем обрызган целый мир, 
Празднично блещет улица. 
После
      утренней тьмы
                    квартир 
Люди стоят
           и щурятся.
Сдвинься, попробуй, -
                      не хватит сил, 
И у подъездов,
               спросонок, 
Город большой на мгновенье
                           застыл, 
Зажмурившись,
              как котёнок. 

?


Апрельский вечер

Зелёные от остроумия, 
Весёлостью изнемогая, 
Шли двое. 
Между ними - мумия, 
Красивая и молодая. 

10 апреля 1957


Можайск

В жёлтых липах спрятан вечер, 
Сумерки спокойно сини, 
Город тих и обесцвечен, 
Город стынет. 

Тротуары, тротуары 
Шелестят сухой листвою, 
Город старый, очень старый 
Под Москвою. 

Деревянный, краснокрыший, 
С бесконечностью заборов, 
Колокольным звоном слышен 
Всех соборов. 

Полутени потемнели, 
Тени смазались краями, 
Переулки загорели 
Фонарями. 

Здесь остриженный, безусый, 
В тарантасе плакал глухо 
Очень милый, очень грустный 
Пьер Безухов. 

1956


Песня

С паровозами и туманами 
В набегающие поля 
На свидания с дальними странами 
Уезжаем и ты и я. 
Уезжаем от мокрых улиц, 
Безразличия чьих-то глаз. 
Парусами странствий надулись 
Носовые платки у нас. 
Мы вернёмся, когда наскучит 
Жизнь с медведями, без людей, 
В город мокрый и самый лучший, 
В город осени и дождей. 

1955


***

Никогда не думал, что такая 
Может быть тоска на белом свете. 
К. Симонов 
Солнце бьёт из всех расщелин, 
Прерывая грустный рассказ 
О том, что в середине недели 
Вдруг приходит тоска. 

Распускаешь невольно нюни, 
Настроение нечем крыть, 
Очень понятны строчки Бунина, 
Что в этом случае нужно пить. 

Но насчёт водки, поймите, 
Я совершеннейший нелюбитель. 

Ещё, как на горе, весенние месяцы, 
В крови обязательное брожение. 
А что если взять и… повеситься, 
Так, под настроение. 

Или, вспомнив девчонку в столице, 
Весёлые искры глаз, 
Согласно весне и апрелю влюбиться 
В неё второй раз? 

Плохо одному в зимнюю стужу, 
До омерзения скучно в расплавленный зной, 
Но, оказалось, гораздо хуже 
Бывает тоска весной. 

5 апреля 1955


строчки Бунина - см. стихотворение «Одиночество» И. Бунина

***

Далеко ли, близко 
Прежние года, 
Девичьи записки, 
Снов белиберда. 

Что-то мне не спится, 
Одному в ночи - 
Пьяных-то в столице! 
Даром, москвичи. 

Мысли торопливо 
Мечутся вразброд: 
Чьи-то очи… Ива… 
Пьяненький народ. 

Всё перемешалось, 
В голове туман… 
Может, выпил малость? 
Нет, совсем не пьян. 

Темень, впропалую, 
Не видать ни зги. 
Хочешь, поцелую - 
Только помоги. 

Помоги мне верный 
Выбрать в ночи путь, 
Доберусь, наверно, 
Это как-нибудь. 

Мысли торопливо 
Сжал - не закричи! 
Чьи-то очи… Ива… 
Жуть в глухой ночи. 

21 июля 1954


Геночка

Москва, июль печёт в разгаре, 
Жар, как рубашка к зданиям прилип. 
Я у фонтана, на Тверском бульваре 
Сижу под жидковатой тенью лип. 

Девчонки рядом с малышом крикливым, 
Малыш ревёт, затаскан по рукам, 
А девочки довольны и счастливы 
Столь благодатной ролью юных мам. 

И, вытирая слёзы с мокрой рожи, 
Дают ему игрушки и мячи: 
«Ну, Геночка, ну перестань, хороший, 
Одну минутку, милый, помолчи». 

Ты помолчи, девчонки будут рады, 
Им не узнать, что, радостью залит, 
Твой тёзка на скамейке рядом 
С тобою, мальчуган, сидит. 

И пусть давным-давно он не ребёнок, 
Но так приятно, нечего скрывать, 
Что хоть тебя устами тех девчонок 
Сумели милым Геночкой назвать… 

1954


Биография

Родился 6 сентября 1937 в г. Сегежа Карело-Финской АССР в семье Фёдора Григорьевича Шпаликова (1908-1945) и Людмилы Никифоровны (1918-1985). В 1939 году семья Шпаликовых переезжает в Москву. «Младенчество своё помню плохо. До пяти лет - туман…»

1941-1943 - эвакуация в Киргизии, возвращение в Москву. «…В Москве поехали на старой машине домой. Стояла зима… В нашей квартире - разбой. Не украли ничего, но нагажено, перепачкано всё и повсюду…»

29 января 1945 года в Западной Польше погибает отец, инженер-подполковник Ф. Г. Шпаликов. «…Скоро отец уехал на фронт. Позже он приезжал в отпуск, на неделю, кажется, а в феврале - погиб, вернее, пропал без вести. Мы с сестрёнкой не ревели. По малолетству.»

Военкомат Ленинградского района г. Москвы направляет Геннадия в Киевское Суворовское военное училище. Начинает писать стихи и рассказы. После окончания направляется в Московское Краснознамённое военное училище им. Верховного Совета.

С января по март 1956 находится в Хлебниковском военном госпитале по случаю тяжёлого ранения ноги в ходе батальонных учений. «Я лежал где-то в Хлебникове, заросший, небритый, обыкновенный солдат со средним образованием, мало чем отличающийся от остальных». В марте окружной медкомиссией признаётся негодным для дальнейшего пребывания в училище и отчисляется по состоянию здоровья.

Шпаликов поступает на сценарный факультет ВГИКа. «…Меня приняли во ВГИК. Пройдя чудовищный конкурс, я попал в один из самых интересных институтов. Радости не было, лёгкости тоже. Ответственность за будущее и настоящее - это самое главное в мыслях и тогда и сейчас. Как-то всё сложится впереди». Знакомится с людьми, дружба с которыми пройдёт через всю его жизнь, кому он посвятит многие стихотворения, кого он сделает просто героями своих стихов - режиссёр Юлий Файт, сценарист Павел Финн, оператор Александр Княжинский…

Недолгое пребывание Шпаликова в искусстве оставило заметный след. Первой крупной его удачей стала лирическая комедия «Я шагаю по Москве» (1963). В своём сценарии Шпаликов не поднимал глобальных вопросов, но сумел абсолютно без пафоса показать удивительно узнаваемую жизнь обыкновенных москвичей. Сам Шпаликов написал и слова к песне для фильма, которая зажила собственной жизнью, приобрела огромную популярность, превратилась в неофициальный лирический гимн Москвы и стала музыкальным символом 1960-х годов.

Следующим шагом Шпаликова в кино был сценарий (совместно с Марленом Хуциевым) фильма «Застава Ильича». Картина ещё не вышла на экраны, когда на неё вылился водопад злобной критики. Рецензенты так и писали: «выдвинув целый ряд жизненно важных вопросов, волнующих нашу молодёжь, авторы решают их поверхностно, а порой далеко не бесспорно, философская путаница в умах героев, право же, возникает не столько в силу их внутреннего развития, сколько привнесена «от автора», точнее, «от авторов». Хуциева, абсолютно советского художника, и его группу обвинили в «подражательстве образцам западного кино». Фильм резали по-живому. Зрители увидели его в 1965 году в сокращённом варианте под названием «Мне двадцать лет». Настоящая премьера «Заставы Ильича», под этим названием, состоялась десятилетия спустя - в 1988 году…

Со временем Шпаликова потянуло к режиссуре, первым его постановочным опытом стал фильм «Долгая счастливая жизнь» (1966) о несбывшихся надеждах, о конце оттепели, предвещавший тягучий долгий застой. Фильм удостаивается премии на фестивале авторского кино в Бергамо (Италия).

Среди других его сценарных работ: «Я родом из детства» (1966), «Ты и я» (1972), «Пой песню, поэт» (1972) об одном из самых любимых поэтов Шпаликова - Есенине.

Но сценарии Шпаликова всегда с трудом проходили сквозь цензурные рогатки. Нарастало его разочарование в работе. Шпаликов всё больше уходил в поэзию. В последние годы жизни для кино работал главным образом как автор текстов песен к фильмам. В состоянии депрессии Геннадий Шпаликов покончил с собой 1 ноября 1974 в подмосковном доме творчества «Переделкино». Похоронен на Ваганьковском кладбище.


ШПАЛИКОВ, Геннадий Фёдорович (р. 6.IX.1937, г. Сегежа, ныне Карельской АССР, - 1.XI.1974, Москва) - русский советский кинодраматург, режиссёр. Окончил сценарный факультет ВГИКа (1963). Печатался с 1956. Автор киносценариев «Мне двадцать лет…» (совместно с М. Хуциевым, другое название «Застава Ильича», опубликован 1961; фильм 1964), «Я шагаю по Москве» (1964); «Я родом из детства» (1967), «Долгая счастливая жизнь» (опубликовано 1965, фильм 1967 в постановке Шпаликова, приз фестиваля авторских фильмов в Бергамо), «Пой песню, поэт!» (1972, совместно с С. Урусевским) и др. В центре внимания Шпаликова-сценариста и режиссёра - память о войне, духовная преемственность поколений, личная ответственность молодого современника, поэтическое исследование судеб своих сверстников. Отсутствие динамичного сюжета, мягкий юмор - основные стилистические особенности работ Шпаликова. Совместно с И. Маневичем написал пьесу «Тайное общество» [опубликована под названием «О доблести, о славе, о любви (Поручик Каховский)», 1967; постановка 1968].

Лит.: Ханютин Ю., [О сценарии «Мне двадцать лет» М. Хуциева, Г. Шпаликова], «Иск-во кино», 1961, № 7; Юренев Р., Один день юных, там же, 1964, № 4; Гребнев А., Музыка жизни, «Сов. культура», 1965, 30 янв.; Строков П., Можно было ожидать большего, там же; Капралов Г., Талант, фантазия, экран, «Правда», 1968, 7 июля; Пульхритудова Е., Раздумья об истории, «Театр», 1969, № 4; Рунин Б., Поиски поэтики и соблазны оптики, «Иск-во кино», 1972, № 7.

И. Б.

Краткая литературная энциклопедия: В 9 т. - Т. 8. - М.: Советская энциклопедия, 1975