Главное меню

Некрасов Николай, поэма «Дедушка»

Николай Некрасов. Nekrasov Nikolai

Биография и стихотворения Н. Некрасова

Другие поэмы:

«Кому на Руси жить хорошо»

«Русские женщины»

«Мороз, Красный Нос»

«Коробейники»

«В. Г. Белинский»

«Саша»

«Дедушка»

Дедушка

(Посвящается З-н-ч-е)

I

Раз у отца, в кабинете, 
Саша портрет увидал, 
Изображён на портрете 
Был молодой генерал. 
«Кто это? - спрашивал Саша. - 
Кто?..» - «Это дедушка твой». - 
И отвернулся папаша, 
Низко поник головой. 
«Что же не вижу его я?» 
Папа ни слова в ответ. 
Внук, перед дедушкой стоя, 
Зорко глядит на портрет: 
«Папа, чего ты вздыхаешь? 
Умер он… жив? говори!» 
- «Вырастешь, Саша, узнаешь». 
- «То-то… ты скажешь, смотри!..» 

II

«Дедушку знаешь, мамаша?» - 
Матери сын говорит. 
«Знаю», - и за руку Саша 
Маму к портрету тащит, 
Мама идёт против воли. 
«Ты мне скажи про него, 
Мама! недобрый он, что ли, 
Что я не вижу его? 
Ну, дорогая! ну, сделай 
Милость, скажи что-нибудь!» 
- «Нет, он и добрый и смелый, 
Только несчастный». - На грудь 
Голову скрыла мамаша, 
Тяжко вздыхает, дрожит - 
И зарыдала… А Саша 
Зорко на деда глядит: 
«Что же ты, мама, рыдаешь, 
Слова не хочешь сказать!» 
- «Вырастешь, Саша, узнаешь. 
Лучше пойдём-ка гулять…» 

III

В доме тревога большая. 
Счастливы, светлы лицом, 
Заново дом убирая, 
Шепчутся мама с отцом. 
Как весела их беседа! 
Сын подмечает, молчит. 
«Скоро увидишь ты деда!» - 
Саше отец говорит… 
Дедушкой только и бредит 
Саша, - не может уснуть: 
«Что же он долго не едет?..» 
- «Друг мой! Далёк ему путь!» 
Саша тоскливо вздыхает, 
Думает: «Что за ответ!» 
Вот наконец приезжает 
Этот таинственный дед. 

IV

Все, уж давно поджидая, 
Встретили старого вдруг… 
Благословил он, рыдая, 
Дом, и семейство, и слуг, 
Пыль отряхнул у порога, 
С шеи торжественно снял 
Образ распятого бога 
И, покрестившись, сказал: 
«Днесь я со всем примирился, 
Что потерпел на веку!..» 
Сын пред отцом преклонился, 
Ноги омыл старику; 
Белые кудри чесала 
Дедушке Сашина мать, 
Гладила их, целовала, 
Сашу звала целовать. 
Правой рукою мамашу 
Дед обхватил, а другой 
Гладил румяного Сашу: 
«Экой красавчик какой!» 
Дедушку пристальным взглядом 
Саша рассматривал, - вдруг 
Слёзы у мальчика градом 
Хлынули, к дедушке внук 
Кинулся: «Дедушка! где ты 
Жил-пропадал столько лет? 
Где же твои эполеты, 
Что не в мундир ты одет? 
Что на ноге ты скрываешь? 
Ранена, что ли, рука?..» 
- «Вырастешь, Саша, узнаешь. 
Ну, поцелуй старика!..» 

V

Повеселел, оживился, 
Радостью дышит весь дом. 
С дедушкой Саша сдружился, 
Вечно гуляют вдвоём. 
Ходят лугами, лесами, 
Рвут васильки среди нив; 
Дедушка древен годами, 
Но ещё бодр и красив, 
Зубы у дедушки целы, 
Поступь, осанка тверда, 
Кудри пушисты и белы, 
Как серебро борода; 
Строен, высокого роста, 
Но как младенец глядит, 
Как-то апостольски просто, 
Ровно всегда говорит… 

VI

Выйдут на берег покатый 
К русской великой реке - 
Свищет кулик вороватый, 
Тысячи лап на песке; 
Барку ведут бечевою, 
Чу, бурлаков голоса! 
Ровная гладь за рекою - 
Нивы, покосы, леса. 
Лёгкой прохладою дует 
С медленных, дремлющих вод… 
Дедушка землю целует, 
Плачет - и тихо поёт… 
«Дедушка! что ты роняешь 
Крупные слёзы, как град?..» 
- «Вырастешь, Саша, узнаешь! 
Ты не печалься - я рад… 

VII

Рад я, что вижу картину 
Милую с детства глазам. 
Глянь-ка на эту равнину - 
И полюби её сам! 
Две-три усадьбы дворянских, 
Двадцать господних церквей, 
Сто деревенек крестьянских 
Как на ладони на ней! 
У лесу стадо пасётся - 
Жаль, что скотинка мелка; 
Песенка где-то поётся - 
Жаль - неисходно горька! 
Ропот: «Подайте же руку 
Бедным крестьянам скорей!» 
Тысячелетнюю муку, 
Саша, ты слышишь ли в ней?.. 
Надо, чтоб были здоровы 
Овцы и лошади их, 
Надо, чтоб были коровы 
Толще московских купчих, - 
Будет и в песне отрада, 
Вместо унынья и мук. 
Надо ли?» - «Дедушка, надо!» 
- «То-то! попомни же, внук!..» 

VIII

Озими пышному всходу, 
Каждому цветику рад, 
Дедушка хвалит природу, 
Гладит крестьянских ребят. 
Первое дело у деда 
Потолковать с мужиком, 
Тянется долго беседа, 
Дедушка скажет потом: 
«Скоро вам будет не трудно, 
Будете вольный народ!» 
И улыбнётся так чудно, 
Радостью весь расцветёт. 
Радость его разделяя, 
Прыгало сердце у всех. 
То-то улыбка святая! 
То-то пленительный смех! 

IX

«Скоро дадут им свободу, - 
Внуку старик замечал: - 
Только и нужно народу. 
Чудо я, Саша, видал: 
Горсточку русских сослали 
В страшную глушь, за раскол, 
Волю да землю им дали; 
Год незаметно прошёл - 
Едут туда комиссары, 
Глядь - уж деревня стоит, 
Риги, сараи, амбары! 
В кузнице молот стучит, 
Мельницу выстроят скоро. 
Уж запаслись мужики 
Зверем из тёмного бора, 
Рыбой из вольной реки. 
Вновь через год побывали, 
Новое чудо нашли: 
Жители хлеб собирали 
С прежде бесплодной земли. 
Дома одни лишь ребята 
Да здоровенные псы; 
Гуси кричат, поросята 
Тычут в корыто носы… 

X

Так постепенно в полвека 
Вырос огромный посад - 
Воля и труд человека 
Дивные дивы творят! 
Всё принялось, раздобрело! 
Сколько там, Саша, свиней, 
Перед селением бело 
На полверсты от гусей; 
Как там возделаны нивы, 
Как там обильны стада! 
Высокорослы, красивы 
Жители, бодры всегда, 
Видно - ведётся копейка! 
Бабу там холит мужик: 
В праздник на ней душегрейка - 
Из соболей воротник! 

XI

Дети до возраста в неге, 
Конь - хоть сейчас на завод - 
В кованой, прочной телеге 
Сотню пудов увезёт… 
Сыты там кони-то, сыты, 
Каждый там сыто живёт, 
Тёсом там избы-то крыты, 
Ну уж зато и народ! 
Взросшие в нравах суровых, 
Сами творят они суд, 
Рекрутов ставят здоровых, 
Трезво и честно живут, 
Подати платят до срока, 
Только ты им не мешай». 
- «Где ж та деревня?» - «Далёко, 
Имя ей: Тарбагатай, 
Страшная глушь, за Байкалом… 
Так-то, голубчик ты мой, 
Ты ещё в возрасте малом, 
Вспомнишь, как будешь большой… 

XII

Ну… а покуда подумай, 
То ли ты видишь кругом: 
Вот он, наш пахарь угрюмый, 
С тёмным, убитым лицом: 
Лапти, лохмотья, шапчонка, 
Рваная сбруя; едва 
Тянет косулю клячонка, 
С голоду еле жива! 
Голоден труженик вечный, 
Голоден тоже, божусь! 
Эй! отдохни-ка, сердечный! 
Я за тебя потружусь!» 
Глянул крестьянин с испугом, 
Барину плуг уступил, 
Дедушка долго за плугом, 
Пот отирая, ходил; 
Саша за ним торопился, 
Не успевал догонять: 
«Дедушка! где научился 
Ты так отлично пахать? 
Точно мужик, управляешь 
Плугом, а был генерал!» 
- «Вырастешь, Саша, узнаешь, 
Как я работником стал! 

XIII

Зрелище бедствий народных 
Невыносимо, мой друг, 
Счастье умов благородных 
Видеть довольство вокруг. 
Нынче полегче народу: 
Стих, притаился в тени 
Барин, прослышав свободу… 
Ну, а как в наши-то дни! 

……………………

Словно как омут, усадьбу 
Каждый мужик объезжал. 
Помню ужасную свадьбу, 
Поп уже кольца менял, 
Да на беду помолиться 
В церковь помещик зашёл: 
«Кто им позволил жениться? 
Стой!» - и к попу подошёл… 
Остановилось венчанье! 
С барином шутка плоха - 
Отдал наглец приказанье 
В рекруты сдать жениха, 
В девичью - бедную Грушу! 
И не перечил никто!.. 
Кто же имеющий душу 
Мог это вынести?.. кто? 

XIV

Впрочем, не то ещё было! 
И не одни господа, 
Сок из народа давила 
Подлых подьячих орда. 
Что ни чиновник - стяжатель, 
С целью добычи в поход 
Вышел… а кто неприятель? 
Войско, казна и народ! 
Всем доставалось исправно. 
Стачка, порука кругом: 
Смелые грабили явно, 
Трусы тащили тайком. 
Непроницаемой ночи 
Мрак над страною висел… 
Видел - имеющий очи 
И за отчизну болел. 
Стоны рабов заглушая 
Лестью да свистом бичей, 
Хищников алчная стая 
Гибель готовила ей… 

XV

Солнце не вечно сияет, 
Счастье не вечно везёт: 
Каждой стране наступает 
Рано иль поздно черёд, 
Где не покорность тупая - 
Дружная сила нужна; 
Грянет беда роковая - 
Скажется мигом страна. 
Единодушье и разум 
Всюду дадут торжество, 
Да не придут они разом, 
Вдруг не создашь ничего, - 
Красноречивым воззваньем 
Не разогреешь рабов, 
Не озаришь пониманьем 
Тёмных и грубых умов. 
Поздно! Народ угнетённый 
Глух перед общей бедой. 
Горе стране разорённой! 
Горе стране отсталой!.. 
Войско одно - не защита. 
Да ведь и войско, дитя, 
Было в то время забито, 
Лямку тянуло кряхтя…» 

XVI

Дедушка кстати солдата 
Встретил, вином угостил, 
Поцеловавши как брата, 
Ласково с ним говорил: 
«Нынче вам служба не бремя - 
Кротко начальство теперь… 
Ну, а как в наше-то время! 
Что ни начальник, то зверь! 
Душу вколачивать в пятки 
Правилом было тогда. 
Как ни трудись, недостатки 
Сыщет начальник всегда: 
«Есть в маршировке старанье, 
Стойка исправна совсем, 
Только заметно дыханье…» 
Слышишь ли?.. дышат зачем! 

XVII

А не доволен парадом, 
Ругань польётся рекой, 
Зубы посыплются градом, 
Порет, гоняет сквозь строй! 
С пеною у рта обрыщет 
Весь перепуганный полк, 
Жертв покрупнее поищет 
Остервенившийся волк: 
«Франтики! подлые души! 
Под караулом сгною!» 
Слушал - имеющий уши, 
Думушку думал свою. 
Брань пострашней караула, 
Пуль и картечи страшней… 
Кто же, в ком честь не уснула, 
Кто примирился бы с ней?..» 
- «Дедушка! ты вспоминаешь 
Страшное что-то?.. скажи!» 
- «Вырастешь, Саша, узнаешь, 
Честью всегда дорожи… 
Взрослые люди - не дети, 
Труc - кто сторицей не мстит! 
Помни, что нету на свете 
Неотразимых обид». 

XVIII

Дед замолчал и уныло 
Голову свесил на грудь. 
«Мало ли, друг мой, что было!.. 
Лучше пойдём отдохнуть». 
Отдых недолог у деда - 
Жить он не мог без труда: 
Гряды копал до обеда, 
Переплетал иногда; 
Вечером шилом, иголкой 
Что-нибудь бойко тачал, 
Песней печальной и долгой 
Дедушка труд сокращал. 
Внук не проронит ни звука, 
Не отойдёт от стола: 
Новой загадкой для внука 
Дедова песня была… 

XIX

Пел он о славном походе 
И о великой борьбе; 
Пел о свободном народе 
И о народе-рабе; 
Пел о пустынях безлюдных 
И о железных цепях; 
Пел о красавицах чудных 
С ангельской лаской в очах; 
Пел он об их увяданьи 
В дикой, далёкой глуши 
И о чудесном влияньи 
Любящей женской души… 
О Трубецкой и Волконской 
Дедушка пел - и вздыхал, 
Пел - и тоской вавилонской 
Келью свою оглашал… 
«Дедушка, дальше!.. А где ты 
Песенку вызнал свою? 
Ты повтори мне куплеты - 
Я их мамаше спою. 
Те имена поминаешь 
Ты иногда по ночам…» 
- «Вырастешь, Саша, узнаешь - 
Всё расскажу тебе сам: 
Где научился я пенью, 
С кем и когда я певал…» 
- «Ну! приучусь я к терпенью!» - 
Саша уныло сказал… 

XX

Часто каталися летом 
Наши друзья в челноке, 
С громким, весёлым приветом 
Дед приближался к реке: 
«Здравствуй, красавица Волга! 
С детства тебя я любил». 
- «Где ж пропадал ты так долго?» - 
Саша несмело спросил. 
«Был я далёко, далёко…» 
- «Где же?..» Задумался дед. 
Мальчик вздыхает глубоко, 
Вечный предвидя ответ. 
«Что ж, хорошо ли там было?» 
Дед на ребёнка глядит: 
«Лучше не спрашивай, милый! 
(Голос у деда дрожит.) 
Глухо, пустынно, безлюдно, 
Степь полумёртвая сплошь. 
Трудно, голубчик мой, трудно! 
По году весточки ждёшь, 
Видишь, как тратятся силы - 
Лучшие божьи дары, 
Близким копаешь могилы, 
Ждёшь и своей до поры… 
Медленно-медленно таешь…» 
- «Что ж ты там, дедушка, жил?..» 
- «Вырастешь, Саша, узнаешь!» 
Саша слезу уронил… 

XXI

«Господи! слушать наскучит! 
«Вырастешь!» - мать говорит, 
Папочка любит, а мучит: 
«Вырастешь», - тоже твердит! 
То же и дедушка… Полно! 
Я уже выроc - смотри!.. 
(Стал на скамеечку чёлна.) 
Лучше теперь говори!..» 
Деда целует и гладит: 
«Или вы все заодно?..» 
Дедушка с сердцем не сладит, 
Бьётся как голубь оно. 
«Дедушка, слышишь? хочу я 
Всё непременно узнать!» 
Дедушка, внука целуя, 
Шепчет: «Тебе не понять. 
Надо учиться, мой милый! 
Всё расскажу, погоди! 
Пособерись-ка ты с силой, 
Зорче кругом погляди. 
Умник ты, Саша, а всё же 
Надо историю знать 
И географию тоже». 
- «Долго ли, дедушка, ждать?» 
- «Годик, другой, как случится». 
Саша к мамаше бежит: 
«Мама! хочу я учиться!» - 
Издали громко кричит. 

XXII

Время проходит. Исправно 
Учится мальчик всему - 
Знает историю славно 
(Лет уже десять ему), 
Бойко на карте покажет 
И Петербург, и Читу, 
Лучше большого расскажет 
Многое в русском быту. 
Глупых и злых ненавидит, 
Бедным желает добра, 
Помнит, что слышит, что видит… 
Дед примечает: пора! 
Сам же он часто хворает, 
Стал ему нужен костыль… 
Скоро уж, скоро узнает 
Саша печальную быль… 

30 июля - август 1870


Посвящается З-н-ч-е [Зиночке] - поэма посвящена Зинаиде Николаевне Некрасовой, гражданской жене поэта.