Монолог Шута

Поговоримте о фортуне, 
О провиденье, о судьбе - 
И уличим её в халтуре, 
И умолчимте о себе! 
О, воля рока, воля рока! 
Мы льстим тебе как никому, 
Ты безобразна, ты жестока, 
Гнусна, глуха и кривобока, 
И шлюха, судя по всему. 

Судьбу никто в глаза не видел, 
Но, и не видя, испытал, 
А, испытав, возненавидел, 
И удивляться перестал. 
Отныне горькие упрёки 
Не тратьте зря, не тратьте зря. 
Ведь, если мы гнусны, жестоки, 
Коварны, злы и кривобоки, - 
То лишь судьбе благодаря. 

Поймать преступную фортуну! 
Связать распутную судьбу, 
Её за подлую натуру 
Предать ужасному суду! 
В багряной маске и рубахе 
Меч роковой подъемлю я 
И, подержав минуту в страхе, 
Я отпущу фортуну с плахи - 
И тем куплю любовь ея. 

?

19 Октября

На пороге наших дней 
Неизбежно мы встречаем, 
Узнаём и обнимаём 
Наших истинных друзей. 

Здравствуй время гордых планов, 
Пылких клятв и долгих встреч! 
Свято дружеское пламя, 
Да не просто уберечь. 
Всё бы жить, как в оны дни - 
Всё бы жить легко и смело, 
Не высчитывать предела 
Для бесстрашья и любви. 

И, подобно лицеистам, 
Собираться у огня 
В октябре багрянолистном 
Девятнадцатого дня. 
Но судьба своё возмёт, 
По-ямщицки лихо свистнет, 
Всё по-своему расчислит, - 
Не узнаешь наперёд. 

Грянет бешеная вьюга, 
Захохочет серый мрак. 
И спасти захочешь друга, 
Да не выдумаешь как. 
На дорогах наших дней, 
В перепутьях общежитий, 
Ты наш друг, ты наш учитель - 
Славный пушкинский лицей. 

Под твоей бессмертной сенью 
Научиться бы вполне 
Безоглядному веселью, 
Бескорыстному доверью, 
Вольнодумной глубине. 

?

Открытое письмо VI пленуму

Позвольте, братцы, обратиться робко: 
Пришла пора почистить наш народ. 
А я простой советский полукровка 
И попадаю в страшный переплёт. 
Отчасти я вполне чистопородный: 
Всесвятский, из калужских христиан. 
Но по отцу - чучмек я инородный 
И должен убираться в свой Пхеньян. 
Куда же мне по вашему закону? 
Мой край теперь - отчасти только мой. 
Пойтить на Волгу, побродить по Пскову 
Имею право лишь одной ногой. 
Во мне кошмар национальной розни! 
С утра я слышу брань своих кровей: 
Одна вопит, что я кацап безмозгий, 
Другая - почему-то, что еврей. 
Спаси меня, Личутин и Распутин! 
Куда ни плюнь - повсюду мне афронт. 
Я думал, что я чистый в пятом пункте, 
И вот, как Пушкин, порчу генофонд. 
А мой язык, любимый и привычный? 
Его питал полвека этот край. 
Так русский он? 
Или русскоязычный? 
Моя, Куняев, твой не понимай! 
Живой душе не дайте разорваться! 
Прошу правленье РСФСР: 
Таким, как я, устройте резервацию, 
Там, где-нибудь... в Одессе, например. 
Там будет нас немало, многокровных: 
Фазиль, Булат, отец Флоренский сам. 
Нам будут петь Вертинский и Миронов. 
Высоцкий тоже будет петь не вам. 
Каспаров! Гарик! Тоже двуединый! 
Разложим доску! Врубим циферблат! 
И я своей корейской половиной 
Его армянской врежу русский мат! 
А вам скажу, ревнители России: 
Ой, приглядитесь к лидерам своим! 
Ваш Михалков дружил со Львом Абрамычем Кассилем, 
А Бондарев - по бабке - караим! 

?

Нет, я не плачу

Нет, я не плачу, и не рыдаю, 
На все вопросы я открыто отвечаю, 
Что наша жизнь - игра, и кто-ж тому виной, 
Что я увлёкся этою игрой. 

И перед кем же мне извиняться? 
Мне уступают, я не в силах отказаться. 
И разве мой талант, и мой душевный жар 
Не заслужили скромный гонорар. 

   Бусть бесится ветер жестокий 
   В тумане житейских морей. 
   Белеет мой парус такой одинокий 
   На фоне стальных кораблей. 

О наслажденье - ходить по краю. 
Замрите, ангелы, смотрите - я играю. 
Разбор грехов моих оставьте до поры. 
Вы оцените красоту игры. 

Ведь согласитесь, какая прелесть 
Мгновенно в яблочко попасть - почти не целясь. 
Орлиный взор, напор, изящный поворот, 
И прямо в руки - запретный плод. 

Я не разбойник, и не апостол. 
И для меня, конечно, тоже всё не просто. 
И очень может быть, что от забот своих, 
Я поседею раньше остальных. 

Но я не плачу, и не рыдаю. 
Хотя не знаю, где найду, где потеряю. 
И очень может быть, что на свою беду, 
Я потеряю больше, чем найду. 

?

Истерическая перестроечная

Ну, ребята, - всё, ребята, 
Нету ходу нам назад, 
Оборвалися канаты, 
Тормоза не тормозят. 
Вышла фига из кармана, 
Тут же рухнули мосты, 
А в условьях океана 
Негде прятаться в кусты. 

И дрожу я мелкой мышью 
За себя и за семью: 
Ой, что вижу! Ой, что слышу! 
Ой, что сам-то говорю! 
Как намедни, на собранье, 
Что я брякнул - не вернёшь... 
Вот что значит воздержанье, 
Вот, что значит невтерпёж!.. 

И я чую, как в сторонке 
Востроглазые кроты 
Знай фиксируют на плёнке 
Наши речи и черты,
Зубы точат, перья тупят, 
Шьют дела и часа ждут, 
И уж если он наступит - 
Они сразу к нам придут. 

И прищучат, и прижучат, 
И ногами застучат, 
Отовсюду поисключат 
И повсюду заключат. 
Встанешь с видом молодецким, 
Обличишь неправый суд... 
И поедешь со Жванецким 
Отбывать, чего дадут. 

Ибо всё же не захочешь 
Плохо выглядеть в глазах, 
Значит, полностью схлопочешь, 
Так что, братцы, дело швах. 
Так что, братцы, нам обратно 
Ветер ходу не даёт. 
Остаётся нам, ребята, 
Только двигаться вперёд!.. 

1988

Это просто

Когда спросили журавля: 
«Как ты летаешь без руля, 
От самого зюйд-веста 
До самого норд-оста?» 
Журавль ответил: 
«Господа, ну это же так просто, 
Ну это же так просто, господа!» 

Когда хвалили соловья: 
«Прекрасна музыка твоя, 
Откуда столько чувства, 
Души и благородства?» 
То соловей ответил: «Да, 
Ну это же так просто, 
Ну это ж очень просто, господа!» 

Когда спросили у ханжи: 
«Как превратился ты, скажи, 
Из юного подростка, 
В угрюмого прохвоста?» 
Ханжа ответил: 
«Господа, ну это же так просто, 
Что-что, а это просто, господа!» 

Теперь спросите у меня, 
О главной цели бытия: 
«В чём суть и назначенье 
Земного распорядка?» 
А я отвечу: «Господа, 
А, что, вам непонятно?! 
Ведь это ж так понятно, господа, 
Ведь это очень просто, господа, 
Что-что, а это просто, господа!» 

?

Ночь накануне признания

Белый снег выпадает обычно по осени. 
А бывает - в июне... бывает, в июне... 
Ночь подводит черту. Ночь, как правило, - после. 
А твоя - накануне... твоя - накануне. 

Свой замызганный шарф и костюм немудрящий 
Приготовь, как доспехи, - ведь это доспехи! 
Ты красив, благороден, ты принц настоящий 
И уверен в успехе. Уверен в успехе! 

Потому что безмолвие спящей красавицы - 
Это так тяжело! Бред, кошмар, наважденье! 
Остановится всё, если рыцарь не явится 
В наш стремительный век скоростного движенья! 

Отдохни, отдохни, уважаемый рыцарь, 
Чтобы утром была и осанка и поступь. 
В наше время к уснувшему сердцу пробиться... 
А когда было просто? когда было просто?.. 

?

Тройка мчится

До чего же надоела 
Городская суета! 
До чего же нас заела 
Наша тесная среда! 
То ли дело на просторе 
В синем море, в чистом поле. 
Запрягайте, братцы, что ли, 
Отворяйте ворота! 

Мы упряжку с бубенцами 
Только видели в кино. 
Есть и лошади, и сани, 
А поехать не дано: 
То начальство, то погода, 
То семья не без урода... 
Здравствуй, русская природа, - 
Не видал тебя давно! 

И не надо мне вовеки 
Ни отдельного дворца, 
Ни бензиновой телеги 
Все четыре колеса! 
Лишь бы только глушь лесная, 
Ветер вольный, даль земная. 
Лишь бы песня удалая, 
Эх! Да девица-краса! 

?

Вот и ночь

Вот и ночка подоспела. 
Спите, братцы, кончен день. 
Что за хлопотное дело - 
Убаюкивать людей! 
Всё неймётся им, не спится 
От забот и от обид. 
У кого-то поясница, 
У кого - душа болит. 

А иной уснуть захочет, 
Да не может ни черта: 
То ли зависть его точит, 
То ли совесть нечиста. 
Ну, а нам какое дело? 
Ясный месяц, белый снег. 
Отдыхай, ребята, смело, 
Кто хороший человек. 

Что пропало - то найдётся, 
Повторится, что прошло, 
Состоится, обойдётся, 
Невзирая ни на что! 
Подобру да поздорову 
Распрекрасно заживёшь. 

Если думать по-другому, 
То, конечно, хрен заснёшь! 

?

Волшебник

Приходит день, приходит час, 
Приходит миг, приходит срок — 
И рвётся связь. 
Кипит гранит, пылает лёд, 
И лёгкий пух сбивает с ног — 
Что за напасть? 
Вдруг зацветает трын-трава, 
Вдруг соловьём поёт сова, 
И даже тоненькую нить 
Не в состоянье разрубить 
Стальной клинок! 

Приходит срок — и вместе с ним 
Приходят страх, озноб и жар, 
Восторг и власть. 
Азарт и нежность, гнев и боль — 
В один костёр, в один пожар — 
Что за напасть?! 
Из миража, из ничего, 
Из сумасбродства моего — 
Вдруг возникает чей-то лик 
И обретает цвет и звук, 
И плоть, и страсть! 

Нелепо, смешно, безрассудно, безумно - 
Волшебно!.. 

?

Монолог ходока

Слушайте женщин! Слушайте женщин! Слушайте! 
Ибо все они поголовно, 
Не желая ни власти, ни славы, 
Никогда и ни в чём не виновны 
И всегда безусловно правы! 

И какую бы чушь ни спороли, 
Переврав и запутав слова, 
Они правы по природе, 
А природа всегда права! 

Слушайте женщин! Слушайте женщин! Слушайте! 
О, если бы мы умели 
Всего-навсего женщин слушать, - 
Мы навеки бы расхотели 
Убивать, разорять и рушить. 

И тогда бы и наши бабы 
Перестали бы лгать и грешить... 
Но мы слишком не любим учиться, 
Ибо слишком мы любим учить! 

Слушайте женщин! Слушайте женщин! Слушайте! 
Не с врагами в бою упорном - 
Только с женщиной наедине, 
Только с ней в поединке любовном 
Мы, мужчины, - мужчины вполне. 

О, какие даём мы клятвы! 
О, какие обеты даём! 
В этот миг мы воистину святы, 
Всемогущи, добры и богаты, 
Только жаль, что к утру устаём... 

Слушайте женщин! Слушайте женщин! Слушайте!.. 

?

Песня об утрате веры

Был я мирный человек, стал - фрайер... 
И чего я не поехал в Израиль? 
Покороче там всё же этапы, 
Хоть, конечно, там тоже арапы. 

И жена-то у меня - еврейка, 
Да и сам-то я похож наружно, 
И на месте есть одна семейка - 
Столько вызовов пришлёт, сколько нужно. 

И пускают щас всех, даже рады! 
Кто без допуска, тот в полном праве! 
Так что вроде бы уже и не надо 
На Центральном голодать телеграфе! 

Ну, так и в чём же суть? А всё Россия-мать! 
Ты чаво, - говорит, - Ты - того! 
Авось, как-нибудь, обойдётся, чать, 
Перемелется, ничаво! 

И поверил я, чудак, этой сути, 
И утратил надлежащую веру, 
Начитался самиздату до жути - 
Хоть сейчас давай мне высшую меру! 

Расчирикался я, как канарейка, 
То про Сталина загну, а то и дальше... 
Прям, как-будто и жена - не еврейка, 
Прям, как-будто я Косыгин на даче! 

А ведь, помню, приходил участковый, 
Даже штатский майор сделал милость - 
Упредил меня беседой суровой, 
Предсказал мне он всё, что случилось... 

А мне всё кажется, ну, разумеется, 
Ну, годок пройдёт, ну, пяток, - 
Дайте срок, и всё перемелется, 
Авось, как-нибудь!.. Дали срок. 

?

***

Живём мы в нашем лагере - 
Ребята хоть куда, 
Под красными под флагами 
Ударники труда. 

Кругом так много воздуха, 
Сосняк тебе, дубняк, 
А кроме зоны отдыха 
Есть зона просто так! 

Начальник наш - родитель нам, 
Точнее скажем - кум, 
И под его водительством 
Берёмся мы за ум. 

Живём мы, как на облаке, 
Есть баня и сортир, 
А за колючей проволкой 
Пускай сидит весь мир! 

?

Кацман, Шуцман и Боцман

Поэт Шуцман и композитор Кацман написали вместе песню. 
Хорошую, патриотическую песню, которая сразу разошлась 
по всем пластинкам и радиостанциям. После этого триумфа 
в квартире у композитора Кацмана.

Кацман:

- Ах нет, прошу пластинку эту 
Спрячьте в тот конверт!.. 
Я лучше вам сейчас сыграю 
Новый свой концерт. 
А это - так, один пустяк 
На Шуцманские вирши. 
Уговорил меня, чудак, 
Издал - и в люди вышел! 
Ну, какая же пошлость - поэзия Шуцмана! 
Разве пишут стихи топором? 
Есть обычная пошлость, но эта - кощунственна! 
Я за это бы просто порол! 

В квартире у поэта Шуцмана. 

Шуцман:

- Ребят, кончайте, 
Не читайте, 
Это пустяки! 
Я лучше вам прочту поэму, 
А это не стихи! 
Я спьяну их писал, и вот 
Пошел, в «Мурзилку» сунул, 
А Кацман клюнул, идиот, 
И музыку придумал! 
Ну, какая пошлятина - музыка Кацмана! 
Знать, совсем потерял он лицо! 
Есть обычная пошлость, но эта - безнравственна! 
Я бы вешал таких за яйцо! 

Шуцман и Кацман у издателя Боцмана:

Товарищ Боцман, 
Вы наш лоцман, 
Свет, любовь, заря! 
Мы ж понимаем кой-чего: 
Без кормчего - нельзя! 

Боцман:

- Ну, значит, счас 
Я для вас 
Родной товарищ Боцман, 
А чуть мы врозь, 
Так вы небось: 
«Ну, Боцман, 
Мол, ну, поц, мол!» 
Дорогие мои, что вы целочек корчите? 
Вы же бляди, - ну разве я лгу? 
Так чего же как можете - вы не хочете? 
А как хочете - я не могу! 

?