Главное меню

Феликс Чуев, драма «Гололёд»

Феликс Чуев. Felix Chuyev

Биография и стихотворения Ф. Чуева

Гололёд

Гололёд

Историческая драма

Действующие лица

Сталин, глава Советского правительства, Секретарь ЦК КПСС.
Молотов, его первый заместитель, министр иностранных дел.
Члены Политбюро:
Берия
Хрущёв
Ворошилов
Маленков
Каганович
Микоян.
Скворцов, охранник.
Нарочный с пакетом.
Полотёр.
Повар.
Медицинская сестра.
Маршал Жуков.
Жемчужина Полина Семёновна, жена Молотова.
Актёр.
Врачи, военные, гости на даче.

Действие происходит в Москве весной - летом 1953 г., а также в 1945 г.

1

Кунцево. Дача. Конец февраля. На солнышке у веранды в плетёном кресле дремлет Сталин. Он в меховой шубе, валенках, в надвинутой на лоб маршальской фуражке. Чуть поодаль - охранник Скворцов. Появляется нарочный. Увидев Сталина, вытягивается, отдаёт честь.
Нарочный

Пакет.

Скворцов

       Хозяин спит. Я распишусь.

Нарочный

Здесь - «лично в руки».

Скворцов

                        Только тише, тише. 
Придётся подождать вам.

Нарочный

                        Я дождусь. 
Когда так близко я его увижу? 
Он спит сейчас, и мне как будто сон, 
и, если б не фуражка, не поверил, 
что это он, что это вправду он… 
А шуба-то могла быть поновее. 

Скворцов

С гражданской эта шуба, я слыхал, 
кто говорит, из ссылки, мол, с Курейки. 
Принёс ему другую генерал, 
так отругал: «Народные копейки!» 
Подолгу носит вещи, бережлив. 
Отец, хозяин - званье и призванье. 
Однако что-то нынче я болтлив. 

Сталин (просыпается, приподнимает фуражку)

Там что, пакет?        

Нарочный, козыряя, вручает пакет Сталину.
   
                Спасибо. До свиданья. 

Нарочный уходит.

Сталин

Приснилось, что на съезде выступать 
сегодня, днём, а я не подготовил 
ни речи, ни доклада… Что сказать? 
Сижу, черкаю - надо же такое! 
Потом, к столу внезапно наклоня, 
мне ухо прокололи дыроколом, 
в скоросшиватель втиснули меня 
между бумаг, с постели прямо, голым… 
Да, надо было вовремя уйти… 
Вот список - позаботься о лекарствах. 
Не к спеху. Можешь завтра привезти. 
Да покупай смотри в аптеках разных! 
Ну что, Скворцов, теплом запахло, да? 
Со свадьбой как? Поздравлю непременно 
восьмого марта - знаю я когда. 

Скворцов (сияет)

Спасибо вам за всё.

Сталин

(Поднимается на крыльцо, входит в дом, 
разрывает пакет, читает)

                    Подлец! Измена. 

(Набирает номер телефона.)

Светлана, ты? Звонил. Ты где была? 
Тебе желаю всё-таки добра я. 
У Берии? Ты что, с ума сошла? 
Не смей туда! Ему - не доверяю. 

(Кладёт телефонную трубку.)

Вот так пригрел очковую змею. 
У Берии в пенсне простые стекла, 
и пишет мелким бисером вовсю. 
Плетёт клубок… Тут нужен меч Дамокла! 
А ведь задуман был на этот пост 
Валерий Чкалов - парень настоящий, 
природный самородок, чист и прост, 
да жаль, застыл такой мотор горячий 
в морозном, скользком небе декабря. 
Обидно получилось и печально, 
мы потеряли сокола зазря, 
случайно так. А может, не случайно? 
Иначе - как такое понимать 
и где найти надёжную охрану? 
Кого я начинаю поднимать - 
вмиг исчезают. Это ли не странно? 
О господи, страна моя родная, 
товарищ Сталин, ты мне подскажи, 
кому поверить, если охраняют 
безмолвье правды 
                 батальоны лжи? 
Что на уме у верных? Быть беде. 
Какие «измы» в правильной оправе, 
как в Марксовой округлой бороде?.. 
Себе не доверяю. Так-то править! 
Я б чистеньким остался, херувим, 
когда б сбежал, пошёл на отреченье, 
зато теперь такое ощущенье, 
что кто-то крутит именем моим. 
Была победа - солнечная Ника, 
и сам я - правды ленинской солдат, 
но ложь, как радиация, проникла 
в умы и души… 
                Кто же виноват? 

(Садится на диван. Ему плохо. Падает.)

2

Та же комната на даче. Сталин лежит на диване. Берия внимательно смотрит ему в глаза. Стоят члены Президиума ЦК. Мелькают медики в белых халатах.
Молотов (слегка заикаясь, Берии)

А почему так поздно подоспели 
врачи?

Берия

       Дорога… Видел? - гололёд. 

Молотов

Да, гололедица… Но неужели 
надежды нету?

Берия

              Скоро отойдёт.

Ворошилов

Ведь не болел, работал… Так нежданно.

Молотов

Не может быть, не должен.

Берия 

(продолжая внимательно смотреть на Сталина)

                          Наконец!

Молотов (Ворошилову)

Что это значит, Клим?

Ворошилов

                      Как соль на рану.

Молотов (Хрущёву)

Что происходит здесь?
Хрущёв молчит. Сталин открывает глаза, пытается поднять руку и страшным взглядом смотрит на Берию. Тот падает на колени, ловит руку Сталина и целует.
Берия

                      Прости, отец!
К Сталину подходит медицинская сестра с чашкой в руке и пытается кормить его бульоном. Сталин указывает на приколотый над диваном цветной снимок из «Огонька»: девочка поит телёнка из бутылки с соской. Сталин отодвигает чашку. Медсестра уходит. Берия продолжает стоять на коленях, держа руку Сталина. Она слабеет, опускается. Склоняются врачи. Огромный человек, верзила, наваливается, массируя сердце Сталину.
Берия (вскакивает, радостно)

Теперь уж наконец-то! Сколько можно? 
Я здесь три дня - с утра и до утра. 

(В дверь.)

Машину, Хрусталёв! 
                   И осторожно: 
каток - дорога. Двинулись, пора.
Врачи, охрана, обслуга, члены Президиума в смятении, многие плачут.
Повар

Что говорить? Роднее, чем родной.

Скворцов (держит китель генералиссимуса)

Отец, хозяин. И простого проще.

Повар

Что с нами дальше?

Полотёр
                   «С нами»! Со страной 
теперь что будет? Кто бы напророчил.

Медсестра 

Война стучится, ой, беда, беда! 
Смотри, как плачет Вячеслав Михалыч…

Повар

Ему и быть.

Полотёр

            А ты гляди туда.

В дверях разговаривают 
Берия, Хрущев и Маленков.

Повар

Узнаем, скажут. Соберутся на ночь.

Скворцов

Без них нам это дело не решить.

Медицинская сестра

Война, война, да мировая, вот ведь! 
С Америкой теперя…

Скворцов

                     Будем жить. 
И меньше хныкать.
                  Он любил работать. 
Эх, китель… Надо что-то делать с ним. 
Материал, как человек, не вечен, 
поистрепался. Отвезу к портным. 
Открыли шкаф, а хоронить-то не в чем! 

Берия (один на крыльце)

Из них никто, пожалуй, не готов, 
и Молотов как будто растерялся. 
Пускай пока побудет Маленков, 
а я за ним - по списку государства. 
Потом уже Никита. Впрочем, нет, - 
пусть Вячеслав за мной идёт пока что, 
он всё-таки большой авторитет, 
а там посмотрим, кто кому покажет… 

3

Служебный кабинет на Лубянке. За столом Берия, в кресле - Молотов.
Берия

Волнуешься? Ещё бы. Понимаю. 
Тебе, мой друг, роскошно повезло, 
хотя тебя и раньше не сломали 
аресты, тюрьмы, ссылки - всё прошло. 
Ты каменный - ни слова о Полине! 
А помнишь, я тебе: «Она жива», - 
шептал на заседаньях? 

Входит Жемчужина. 
Берия, опережая Молотова, бросается к ней.

                      Героиня! 
Не надо слов! Какие тут слова!

Молотов обнимает жену.

Жемчужина

Как Сталин? Болен - слухи доходили, 
я там почти молилась за него.

Берия (весело)

Она не зна…
              Вчера похоронили! 
Она не знает даже ничего! 
Четыре года, шутка ль, отсидела, 
а ты - второй в державе человек! 
За что сидела? 

(В сторону.)

               Может, и за дело… 

(Громко.)

А всё отец родной!

Молотов

                   Таков наш век.
Берия

Вчера мы корифея схоронили, 
а то бы и тебе - большой привет. 
Как хорошо, что он сейчас в могиле, 
там, под стеклом. 

(Внимательно смотрит на Молотова.)

                  Я прав?

Молотов

                          Пожалуй - нет.

Берия

Но ты - мой друг, соратник!

Молотов

                            Безусловно.

Берия

Всегда своим друзьям без лишних фраз 
готов служить.

Жемчужина

               Зачтётся вам.

Берия

                             Да полно, 
потом сочтёмся.

(Молотову.)

                Я ведь всех вас спас.

4

Молотов вспоминает… Дача. За длинным столом с вином и закусками сидят члены Политбюро и приглашённые. Некоторые с жёнами. Сталин прикалывает кнопками к стене маленькую, школьного формата, карту СССР.
Сталин

У нас, у русских, издавна таков 
характер: мы, победой упиваясь, 
немало рядом видели плодов, 
да не всегда они нам доставались. 

(Указывает на карту.)

Вот, новую сегодня привезли. 
Посмотрим, что у нас тут получилось… 
Своей не уступили мы земли. 

(Ведёт трубкой вдоль северной границы СССР.)

Финляндия особо провинилась, 
и кое-что мы взяли у неё. 

Ворошилов

Но Ленинград прикрыт, товарищ Сталин.

Молотов

Пускай спасибо скажут, что не всё 
мы взяли.

Ворошилов

          Независимость им дали!

Сталин

А Пруссия Восточная всегда 
мечом грозила нам у изголовья. 
Исконно наши берег и вода. 
Прибалтика полита русской кровью! 

(Проводит трубкой по карте.)

И белорусы вместе все живут, 
и украинцы все, и молдаване. 

(Смотрит на Молотова.)

Неплохо поработали мы тут.

Молотов

А помнишь, Черчилль взвился как в Потсдаме,
что Львов, мол, не был русским никогда,
а ты сказал: «Зато была Варшава»

Сталин

(переносит трубку в правую часть карты)

И на востоке тоже хоть куда! 
Достойно стала выглядеть держава. 
Курилы… Сахалин не разделён, 
и Порт-Артур, и Дальний - тоже наши. 
С Китаем дружим. Что ж, со всех сторон 
как будто в землях нет у нас пропажи.
Но, если б мы прошляпили итог, 
то были б недостойными сынами 
своей земли родной, и, видит бог, - 

(указывает на страны народной демократии)

друзья вокруг! 

(Усмехается.)

               Политика «салями»… 
Теперь пусть называют да хоть как! 
Мол, всюду режет лакомый кусочек 
Молотошвили. 

(Смотрит на Молотова.)

             Но зато в веках - 
для коммунизма это, для рабочих! 
Пусть упрекают: столько, мол, зачем 
себе пространства вы навоевали? 
Земли у нас теперь хватает всем, 
поскольку мы её не раздавали! 

(Задумывается, указывает южнее Кавказа.)

Вот здесь граница наша не по мне! 
На юге не хватало нам удачи. 

Берия

Неплохо бы узнать, по чьей вине.

Сталин (указывая на Кавказ)

Сюда мы Рокоссовского назначим. 
Когда здесь будет наш Багратион, 
небось они подумают о базах. 

(Кивает в Сторону Турции и США.)

Он мастер окружений. Есть резон 
нам отрезвить стратегов буржуазных. 
Страна Советов - Первая война. 
Война Вторая - целая система 
свободных стран на свете создана. 
А Третья - навсегда закроет тему. 
Конец капиталистам и позор. 
И хоть война - единственный их выход, 
но если разожгут они костёр, 
то это будет их последний выпад. 
Мы выстояли в битвах, как и встарь, 
всё вынес на себе российский витязь 
и отдал на отеческий алтарь 
и фронт, и тыл.

Молотов

                И церковь проявилась.

Ворошилов

Алексий не покинул Ленинград.

Сталин (с горечью)

А мы «Христа Спасителя» взорвали 
под грохот достижений и утрат. 
Но тут недоглядел товарищ Сталин. 
Настало время поубавить прыть, 
патриотична наша церковь, так ведь?

Молотов

Откроем храмы?

Сталин

               Надо бы открыть. 
Российским вдовам есть по ком поплакать.

Молотов

И просят семинарии…

Каганович

                      Куда 
мы так придём? В поповскую стихию?

Сталин

Ну что ж, из семинарий иногда 
марксисты выходили неплохие. 
Как возле христианства ни мостись, 
иная уготована дорога. 
Но дай бог, чтоб уверовал в марксизм 
народ наш, как сегодня верит в бога.

Ворошилов

Нам помогла история в войне, 
и в предках тоже не ошибся Сталин. 
Суворов был на нашей стороне.

Сталин

За Клару Цеткин воевать не стали б.

Входит Хрущёв.

Хрущёв

Простите, опоздал. Спешил скорей, 
да помешало стадо на дороге.

Берия

Я разберусь. А ты штрафную пей, 
здесь стол грузинский, и законы строги.
Хрущёв садится на стул, на который Берия успевает положить блюдо со студнем. Хрущёв плюхается в студень. Все смеются. Хрущёв сконфужен, но быстро овладевает собой и становится серьёзным.
Хрущёв

Хочу я выпить тост не для забав 
и думаю, он всеми будет признан. 
Пора назвать нам - Каганович прав - 
ученье ленинизмом-сталинизмом. 
Когда в ЦК размножились пути 
и столько стало всевозможных этих, 
в ту пору государство мог вести 
не просто вождь - могучий теоретик!

Все аплодируют, кроме Сталина и Молотова.

Каганович (встаёт)

Он углубил, развил для всей земли 
и отстоял марксистские основы. 
Когда б не он, то Ленина б смели, 
локомотив страны никто не смог бы 
так двинуть!

Сталин        

             Мне навешали всего. 
Избыток званий не добавит знаний. 
а я хочу лишь только одного, 
такое есть из дружеских желаний -

(Хрущёву)

я знаю, теоретик ты большой, 
в тебе идей ещё немало скрыто, 
но тут сравнил ты палец с каланчой, - 
ты лучше бы сплясал сейчас, Никита! 
Ударь нам гопака!

(Будённому.)

                  Сыграй, Семён! 

Будённый играет на гармошке, Хрущёв пляшет.

Танцуйте! Мы так редко отдыхаем.

Возникают танцующие пары. 
Сталин подходит к двум молодым мужчинам.

А вы что не танцуете?

Те вскакивают и начинают 
кружиться друг с другом.

Никита, браво!

(Гладит Хрущёва по лысине и 
постукивает по ней трубкой.)

Хрущёв (наливает полный фужер водки)

               Выпить предлагаю 
за Сталина!

Сталин

            Никита, ты шутник. 
Но про царей истории известно, 
как скоморохи развлекали их, 
а сами норовили на их место. 
Я пошутил…

Молотов и Каганович смотрят на Хрущёва.

Хрущёв

             За гения! Отца! 
Здоровье ваше!

Сталин (Хрущёву)

               О своём подумай.

Хрущёв

Наш батько Сталин!

Берия

                   Полный, до конца!

Хрущёв выпивает, переворачивает фужер, 
садится на диван и засыпает.

Сталин

Ну вот, теперь поговорим без шума.

(К актёрам.)

А что в Большом?
                 Мне Жданов рассказал, 
«Сусанина» вы ставите?

Актёр

                       Решили, 
да Храпченко надумал снять финал, 
а там ведь «Славься»!
                      В общем, или - или.

Сталин (задумывается)

Не знаю, чем помочь вам. Не мастак 
я в музыке. Но Глинка - это имя. 
Давайте лучше сделаем не так: 
финал оставим,
               Храпченко мы снимем!

(Садится за стол.)

Остаются члены Политбюро.

Конфуций говорил - он не дурак, 
не просто был властителем - поэтом! 
Сказал: народом править надо так, 
чтобы народ работал. Мудрость в этом. 
Но если слово партии дано, 
ты это слово как молитву помни, 
каких бы жертв ни стоило оно, 
хоть камни с неба сыплются - исполни. 
Иначе ты не нужен, уходи, 
болтливая пустышка для державы, 
найдутся нетрепливые вожди. 
Мы с вами клятву Ленину сдержали. 
На острие, на стрежне, на краю 
характер государственный построен, 
болеющий за Родину свою, 
творящий созидателей, героев. 
Единой стала партия, друзья, 
един союз республик, не развален, 
но Генеральным долго быть нельзя, 
на этом кресле засиделся Сталин. 

(Усмехается.)

Я знаю точно: на мою могилу 
снесут эпохи мусор и враньё, 
но строгий ветер справедливой силы 
очистит всю безжалостно её. 
Однако мне на пенсию пора, 
устал и старым стал товарищ Сталин, 
сегодня не военная пора, 
и вы, друзья, от Сталина устали. 

(Молотову, хитро.)

А платины у нас такой запас, 
что миру показать - так обесценим, 
и армия сильнейшая у нас. 
Спокойно оставляю эту сцену. 
Пусть Вячеслав потрудится теперь. 

Все смотрят на Молотова. Каганович плачет.

Решил в ЦК подать я заявленье…

Все исчезают.

Молотов (вспоминая)

Он не ушёл. Капитализм, как зверь, 
терзал его и волю, и сомненья.

Сталин (один, издалека)

Конечно, без меня вам благодать, 
но как котят они вас передушат. 
Военной жилкой надо обладать 
вождю России…

(Исчезает.)

Молотов

                Он ещё был нужен. 
Чтоб жизнь не просто сытою была, 
для этого и жизней не щадил он, 
и сам себя в работе жёг дотла.

Хрущёв (появляясь из темноты)

Ну, я не спорю, сила в нём-то, сила…

Молотов

Конечно, Сталин, как ни гоношись, 
был практик, о теории радея.

Хрущёв

Но что важней - идея или жизнь? 
Для Сталина важней была идея.

Появляется Ворошилов.

Ворошилов (Молотову, кивая на Хрущёва)

Вот у кого всегда полно идей!

Молотов

Хорошая особенность Хрущёва, 
но вдуматься - одна другой глупей.

Ворошилов

У Сталина, конечно, было слово. 

Молотов

И дело, с крепким знанием тылов, 
не на авось - удастся, не удастся.

Появляется Маленков.

Маленков

Что говорить - весь облик был таков, 
посмотришь - уваженье к государству.

Ворошилов

Победа в нём, победы торжество.

Молотов

Мы к образу добавили от бога. 
Боролся против культа своего, 
а после и понравилось немного.

Хрущёв

Всегда на свете сильному везло, 
и жизнь прекрасна, в общем-то, для сильных.

Маленков

Без Сталина, однако, тяжело.

Хрущёв

Ну, светоч, ну, подумаешь, светильник.

Маленков

Уж для него-то вдосталь было тьмы, 
но инородцы русскими бывают 
порою в большей степени, чем мы.

Хрущёв

Куда теперь нас вынесет кривая? 
А если всё на Сталина смахнуть 
и управлять, как он, потом, в дальнейшем?
Теперь, Никита, действовать! И в путь! 
Молчать побольше, рассуждать поменьше.

5

Отдельно высвечиваются Молотов и Хрущёв.

Молотов

Как чувствовалось, так и решено, 
и Маленков на должности премьера. 
Конечно, он работает давно, 
типичная партийная карьера. 
Последний съезд при Сталине - за ним, 
доклад отчётный - это важно, очень! 
У Сталина в застолье стал своим, 
подвинул и Хрущёва, между прочим. 
Где, что «пробить» - умеет, это факт, 
исполнит, проведёт без проволочек, 
в теории, конечно, слабоват, 
администратор крепкий, «телефонщик», 
из молодых, моложе, чем Хрущёв… 
А тот в Москве был первым, на Украйне, 
потрогал жизнь и знает, что почём. 
Как дальше будет, кто б сказал заране. 
Над ним начальник нужен, и тогда 
он просто идеальный исполнитель! 
Но это наша общая беда: 
никто не подготовлен. ЗаменИте 
попробуйте вы Сталина - любой, 
любой из нас негож для этой ноши, 
и тот, и этот - оба с головой, 
но даже голова тут не поможет. 
По настроенью правый он, Хрущёв, 
крестьянствует - опаснейшая штука, 
боюсь, Никита наломает дров, 
ведь Первый секретарь теперь, не шутка. 
Всегда активный во втором ряду, 
но в партию, однако, почему-то 
вступил он не в семнадцатом году, 
а через год, в удобную минуту. 
Э, сколько шло за Лениным вперёд, 
а после от него поотходили - 
то к левым их, то к правым занесёт, 
потом пошли за Сталиным - он в силе. 
Да, Ленин - знамя, ум, но и рука, 
идёшь, о правоте не беспокоясь. 
Я был тогда Секретарем ЦК 
и Ленин говорил мне: - Комсомолец! 
А был Ильич отнюдь не либерал, 
с ним довелось работать и общаться, 
и Сталина при мне он упрекал 
в кисельной мягкотелости - и часто! 
Его письмо о грубости… Ну что ж, 
не смог черту такую обойти он, 
но там у Ильича любой негож, 
а Сталин наиболее партиен. 
Когда мы гроб учителя несли 
под лампой солнца, слабенькой, неяркой, - 
и что там дальше, в завтрашней дали? - 
согнулся Сталин под широкой лямкой. 
Мы гроб несли. Мы партия, мы власть. 
Метель гуляла наледями улиц, 
красноармеец не дал нам упасть, 
когда мы ненароком поскользнулись. 
Теперь никто, пожалуй, не готов 
взять на себя, стать более активным. 
Вот Берия, Хрущёв да Маленков - 
и руководство стало коллективным. 
А дружба-то гнилая… Кто кого - 
вернее, кто использует получше 
такую дружбу - в том и мастерство, 
кто больше выгод от неё получит. 
У Сталина не помню дураков, 
и каждый был на месте и старался 
с крутой отдачей - каждый был таков, 
что на глазах мужало государство. 
Однако наша общая беда, 
что долго управляли мы, а Сталин 
покинул время в тот момент, когда 
преемника себе-то не оставил. 
Но Берия…
            Он первым стать бы мог, 
да не решился, нет. Соображает, 
продвинул двух дружков, но дайте срок, 
реально сила у него большая. 
Начальник сыска! И поднаторел. 
У Ленина видал я в кабинете 
его не раз. Везде успел, пострел, - 
в ОГПУ, в Центральном Комитете. 
Умеет всюду выявить врагов, 
а главное - признаться их заставить. 
Такое дело не для дураков, 
тяжёлая работка, не простая - 
плести интриги, разрушать потом 
отменный мастер, в этом не откажешь, 
да и в войну разведчики - на нём 
и после - наши атомные страсти. 
Но Сталин всё держал в своих руках, 
никто не смог бы сквозь такие бури 
вести страну и партию - да как! - 
и помощи не ждать - в его натуре. 
Никто б не смог, и не было таких. 
Он послабей в теории, не скрою, 
чем Ленин, но на практике достиг 
успехов мощных…

Хрущёв

                  Но какой ценою!

Молотов

Мы о цене давно не говорим, 
но без борьбы, без вывихов ужасных 
хорошего пути не проторим, 
без жертв не обойтись нам.

Хрущёв

                           Ведь напрасных!

Молотов

Да изберите всех святых сюда, 
на место наше, - разве бы сумели 
и разве обошлись бы без суда 
над теми, кто мешал движенью к цели? 
Россия - необычная страна, 
большой стране нужна большая вера, 
великому народу - имена, 
да жаль, что маловато чувства меры. 
И Ленин говорил - не кто-нибудь - 
в своём кругу: «Чтоб вышло что отменно, 
сперва нам нужно круто перегнуть, 
а после выправлять, и постепенно, 
пока мы не научимся потом, 
как надо сразу, чётко делать дело». 
Однако же нехоженым путём 
крестьянская телега заскрипела. 
А Сталин столько вынес на себе, 
что поражаюсь, как его хватило 
не надломиться, выстоять в борьбе 
и на войну ещё достало силы. 
Конечно, он себя поистрепал, 
такие бури даром не проходят, 
стал недоверчив, раздражаться стал 
в кругу знакомых, в нашем обиходе. 
Когда на заседанье, взяв блокнот, 
он прочитал внезапно про Полину, 
смотрю - земля уходит из-под ног… 
А после он меня и отодвинул. 
Ну, Молотов, а дальше кто за ним? 
Тут Берия, Хрущёв сообразили: 
мы этот шанс ему не отдадим, 
момента не упустим, как разини… 

Хрущёв

Пораньше, значит, Сталин бы ушёл, - 
и стал бы, скажем, Киров или кто-то, 
вот это, значит, было б хорошо, 
приятней жизнь, спокойнее работа. 

Молотов

Такое мог придумать лишь Хрущёв 
о Кирове, каким его представил. 
Сергея мы растили. Так ещё, 
пожалуй, к Жданову был нежен Сталин. 
Дружили мы. Мне Киров был как брат. 
В тот страшный вечер, чтоб не ошибиться, 
со Сталиным я ездил в Ленинград, 
на месте я допрашивал убийцу. 
Сергей Мироныч с нами был во всём 
и сталинскую линию держал он, 
поскольку видел сердцем и умом,
что в ней - спасенье ленинской державы.

Хрущёв

Пора пожить на свете. Так нельзя. 
Кому нужна такая, значит, гонка? 
При нём привыкли дергаться, друзья, 
однако нынче новая погодка. 
Работать с девяти и до шести 
себе не представляли даже - вот ведь! 
Спокойно можно в коммунизм прийти, 
когда по-человечески работать. 

Молотов

Спокойно жить - не для большевиков, 
да и никак спокойно не смогу я, 
спокойно жить - характер не таков, 
тогда создайте партию другую. 
Ну, что-нибудь «умеренный прогресс» 
иль в честь Льва Николаича Толстого 
наверняка возникнет интерес - 
в стране хватает всякого такого… 
Пока ещё за благом за любым 
материальным гнаться мы не в силе, 
ещё нам рано жить, как мы хотим, 
пока социализм не укрепили. 
И от Европы крепко отстаём, 
как Ленин говорил, годов на триста, 
зато опередили мы в другом, 
бесстрашные, крутые коммунисты. 

Хрущёв

Да как ты можешь? Ведь твоя судьба 
на волоске висела. Что с тобою? 
Ещё б он пОжил…

Молотов

                  Это есть борьба, 
и в ней он прав глобальной правотою.

Хрущёв

По-ленински, по-ленински пора, 
пора открыть отдушину народу. 
Запасы есть. А то - ура! ура!

Молотов

Приходится шагать не зная броду. 
По-ленински как будто, а не то. 
Кто говорит об этом, каждый хочет, 
чтоб Ленин был похожим на него, 
а сам похож на Ленина не очень. 
И у него не учится ничуть, 
а втискивает то, что есть на деле, 
в его кавычки. После как-нибудь 
потянем, поживём, достигнем цели. 
И там, где с Ильичём уже совсем 
не совпадает, где избыток фальши, 
открыто, честно заявляем всем, 
что, дескать, мы развили это дальше. 
Но к Сталину вернёмся, и не раз, 
его ещё попомнить нам придётся, 
к нему любовь, и ненависть подчас, 
и спрятанная зависть руководства.

6

Кремль. За столом - члены Политбюро.

Маленков

Мы заседаем битых пять часов.

Берия

Пора уже закончить обсужденье. 
Вопрос германский - слишком много слов.

Хрущёв

Давайте будем принимать решенье.

Маленков

Германскую политику у нас 
решали Ленин, Молотов и Сталин.

Молотов

Чичерин занимался…

Маленков

                     Но сейчас 
вы, Вячеслав Михалыч…

Молотов

                        Не простая 
нам предстоит задача в ГДР, 
за дело горячо взялись там, ясно, 
хотя не просто с нас берут пример - 
копируют! Вот это и опасно. 
Ввели оплату сдельную труда, 
а это немцу вовсе не подходит, 
на совесть он работает всегда, 
отсюда и волнения в народе. 
Не исключён чудовищный провал, 
а надо, чтоб трудились не бумажно. 
Не праздным словом Сталин поминал 
Конфуция, и это очень важно. 
А смуту враг использует с лихвой, 
ведь немец любит медленно трудиться, 
зато добротно и к почасовой 
привык оплате.

Берия

               Что нам эти фрицы? 
Какой у них там строй - не всё ль равно? 
Не воевали б только, и прекрасно.

Молотов

Пути другого к миру не дано, 
есть путь один, отнюдь не буржуазный. 
Чтоб мирною Германия была, 
социализм ей нужен непременно, 
но только не форсировать дела! 
Они - не мы. Им нужно постепенно. 
Мы первые. У нас не раз аврал - 
и передышки не было тем боле. 
Когда к Москве Деникин подступал, 
собрал нас Ленин: «Предстоит подполье». 
Тогда нас крепко выручил Махно, 
ударил по Деникину внезапно. 
В России было всяких сил полно: 
шли в революцию, потом на Запад, 
но победил напор большевиков. 
Или войну возьмите - всё сурово.

Берия (копируя Сталина)

Мол, будет нефть, то будет Байбаков, 
не будет нефть - не будет Байбакова.

Молотов

Нам не хватало времени всегда, 
и Сталин бился, время побеждая, 
шёл вопреки, какая ни беда. 
У немцев ситуация другая. 
А мы погибли б, как нас ни кляни. 

Берия

Учёных за решётку посадили, 
но, только чтоб работали они, 
котлетками, пирожными кормили.

Молотов

А немцам строить для себя впервой, 
у нас тогда - идея или сытость, 
и не было системы мировой, 
довольствоваться малым приходилось.

Берия

Капитализм устроит их вполне, 
как в Западной Германии устроит. 

Молотов

Для этого отдали на войне 
мы миллионы истинных героев? 
Чтоб снова - в этом веке в третий раз, 
и не простая, снова мировая - 
с земли германской бойня началась?

Маленков

Комиссию создать я предлагаю. 
Три человека: Берия, Хрущёв 
и Молотов. Никто не возражает? 
Так, принято. Кто выступит ещё? 
Всё ясно. Пусть изучат и решают.
Все выходят. Остаются Маленков, Берия и Хрущев. В дверях Молотов оглядывается на них.
Хрущёв (Берии)

Напрасно ты, по правде говоря, 
сцепился с этой «сталинской дубинкой», 
он ГДР курирует, и зря 
ты в это влез. Вопрос не половинный.

Маленков

Лаврентий, лучше уступи ему.

Берия

С какой же стати? Он один, нас двое. 
В комиссии что делать одному?

(Хрущёву.)

А ты, надеюсь, всё-таки со мною?

Хрущёв

Когда проголосует большинство, 
и, если, значит, большинство неправо,
приходится порою не того… 
Расхлёбывает целая держава. 
И ты неправ, Лаврентий… 

Берия

                          Вот те на!

Хрущёв

Хоть мы друзья, но истина дороже.

Маленков

Комиссия, пожалуй, не нужна. 
Ты позвони ему.

Берия

                Ну, так негоже: 
ты лучше позвони, ты Предсовмин, 
ты «телефонщик», так тебя прозвали.

Хрущёв (Берии)

Нет, лучше ты. Не он, а ты один. 
Поддержку в этом ты найдёшь едва ли.

Берия

Ну хороши друзья, ну хороши… 

(Снимает телефонную трубку.)

Я, Вячеслав Михайлович… Так странно 
ты говоришь… Напрасно… От души 
тебе скажу: решай. Мешать не стану. 

(Кладёт трубку.)

Он очень удивился: дескать, что ж 
вы там втроём смеетесь надо мною? 
Вы три дружка, водой не разольёшь, 
мол, видел, спелись за моей спиною.

Хрущёв

Ну, слава богу, с этим решено.

Маленков и Хрущёв уходят.

Берия (подражая Молотову)

«Вы три дру-дружка…»
                       Да, дружество - не догма. 
Но хороши дружки! Э, всё равно - 
недолго же осталось вам, недолго…

7

Хрущёв и Молотов идут по коридору Кремля.

Хрущёв

Есть дело важное. Один вопрос. 
Что скажешь ты о Берии?

Молотов

                        Не ясен 
он что-то мне.

Хрущёв

               Подумаем всерьёз: 
что будем делать?

Молотов

                  Твой дружок.

Хрущёв

                               Повязан 
он с нами всеми. И тебе горазд 
оказывать услуги откровенно. 
Насчёт Полины, помню, каждый раз  
пройдёт, тебе шушукнет непременно…  
Какой подлец! У Ленина служил - 
он говорил мне, да и сам ты знаешь.

Молотов

Служить служил. Для партии не жил, 
мне в нём ясна пока черта одна лишь.

Хрущёв

Готов слуга любому услужить, 
когда слуга становится убийцей. 
Нам следует собраться и решить. 
Пора его снимать.

Молотов

                  Переродился.

(Уходит.)
Навстречу Хрущёву идёт Микоян. Хрущёв тихо разговаривает с ним. Микоян отчаянно машет руками и спешно уходит.
Хрущёв

А этот уклонился. Ох, ловкач!
Хрущёв открывает дверь в кабинет. За столом сидит Ворошилов. Хрущёв что-то говорит ему. Ворошилов хватает с дивана кожаную подушку и накрывает телефоны. Хрущёв выходит из кабинета.
Ну, слава богу, президент согласен. 
А Микоян, хоть смейся или плачь, 
есть Микоян. Но Берия опасен. 
Задумал всех нас вместе поселить, 
построил дачи рядышком, спроста ли? 
Теперь бы нам его опередить, 
чтоб ничего ищейки не узнали. 
Мы все под ним, в кулак зажаты все, 
он каждым занимается, конечно. 
Ведь у него на Сталина досье - 
на всякий случай собирал прилежно. 
Но Сталина небось боялись все, 
меня ж покуда слушают не очень. 
А Берия, как палка в колесе, 
мешает мне, опаснее всех прочих. 
Приспело время, он и сам не прочь 
стать первым, он созрел уже, не шутка, 
и кто же, кто сумеет нам помочь 
решительно, беспроигрышно?

Молотов (появляясь из темноты)

                           Жуков.

8

Заседание Политбюро. Последним энергично входит Берия с большим портфелем, на который все смотрят с опаской.
Берия

Что, я последний?

Маленков

                  Будем начинать.

Берия

ИлИ - вы без меня уже решили 
вопросы все?

Ворошилов (Кагановичу)

             Каков, ядрёна мать!

Берия

Что шепчешься, товарищ Ворошилов?

Маленков

Вопрос один. У нас один вопрос. 
Хрущёв имеет слово для доклада.

Хрущёв

Сегодня по-партийному, всерьёз, 
принципиально, вдумчиво, как надо, 
по-ленински должны мы подойти, 
обдумать, убедились мы воочью…

Молотов

Ты тянешь.

Хрущёв

           В общем, как там ни крути, - 
у нас вопрос о Берии, короче.

Берия

О ком? Я не ослышался, друзья? 
И сам уже подумал: не пора ль нам? 
Догадываюсь, дальше так нельзя, - 
меня решили сделать Генеральным!

Хрущёв

Однако речь немного не о том. 
Зарвался, значит, и себя открыто 
над партией поставил, стал врагом.

Берия (вскакивает, хохочет)

Ты спятил, ты с ума сошёл, Никита!

Молотов

Перерожденец явный, это факт!

Хрущёв

Перерожденец? Коммунистом не был!

Ворошилов

Преступник, а не просто виноват.

Каганович

Да ничего партийного в нём нету! 
Агент капитализма - вот кто он!

Маленков

Агент, шпион? Презумпция такая…

Молотов

Агент - ещё не значит, что шпион, 
но действием, работой потакает. 
Не все, кто шёл путем арестов, каторг, 
признали б в Малиновском подлеца. 
Что этот милый, честный - провокатор, 
сам Ленин не поверил до конца.

Хрущёв

Я предлагаю вывести и снять. 
Переворот готовил - всё известно!

Каганович (Молотову)

Придётся нам его арестовать.

Молотов

А может быть, сослать?

Каганович

                       В какое место?

Молотов

Как Троцкий собирался на вокзал: 
мол, тише едешь, значит, дальше будешь? - 
на это Сталин так ему сказал: 
«Нет, дальше едешь - значит, тише будешь».
Голосование. Все поднимают руки, кроме Микояна. Он воздерживается. Маленков нажимает кнопку. Входит Жуков с группой военных, окружают Берию.
Берия (шумно)

Никита!.. Маленков, душевный друг!.. 
Предатели! Не раскусил проклятых!

Жуков (Маленкову)

Его охрану сняли. И вокруг 
всё тихо. Контролируем порядок.

Берия

Ну, Молотов… Но эти, муравьи, 
у них теперь Никита - главный голос, 
кому-кому, а у него в крови 
не только руки - вымазан по пояс. 
Да, человек - дерьмо, в конце концов, 
и это обнажил в народе Сталин. 
Отказывались дети от отцов, 
писали, доносили, клеветали. 
Какие там достоинство и честь, 
когда - в борьбе взаимоистязанье, 
и голова нужна, чтоб ею есть, 
а руки - чтоб оформить показанья. 
Я опоздал. Движением одним 
прихлопнул бы их всех. А ты, Никита, 
ты на коленях ползал перед ним, 
отцом родным, озлобок недобитый! 
Врагов народа списки приносил 
и Сталину подсовывал не раз ты. 
«Откуда столько?» - корифей спросил. 
А ты кричал: «Их больше, и гораздо!» 
Сошлют? Или совсем теперь капут, 
как в поле замороженному фрицу? 
Убьют? Да нет, скорей всего сошлют - 
меня убить Никита не решится. 
Хотя мне столько про тебя, собрат, 
известно. Даже слишком… Это крышка. 
Какой же дурень, сам я виноват! 

(Пытается удариться головой о стену.)

Беспечно как попался! Как мальчишка!
Берию уводят. Все бросаются к его портфелю, открывают - там рыболовные снасти.
Молотов (Ворошилову)

Конечно, Сталин бы его убрал, 
готовил под Лаврентия подкоп он, 
хотел, чтоб всё по форме, - и неправ. 
А тот глядел без промедленья в оба 
и Сталина своими окружил. 
Ведь он его убил!

Ворошилов

                  Да, смерть внезапна 
и, верно, не своя. Ещё б пожил…

Молотов

А Берия давно смотрел на Запад. 
Охранник говорил, что был пакет 
в тот день на дачу Сталину доставлен. 
О чём там, что - никто не знает, нет. 
Сказал - в лице переменился Сталин.

Берия (издалека)

А что в пакете было, никому 
и никогда не расскажу про это. 
И хоть письмо попало самому, 
уже вы не получите ответа.

Ворошилов

Но Сталин, Сталин, опытный такой, 
и в нём ещё на всё хватало силы, 
что было правдой под его рукой, 
плоть обретя, его же и убило.

Хрущёв (выходит в коридор)

Ну вот и всё. Да нет, ещё не всё. 
Начало. Что там говорил Конфуций? 
Однако же толкнул я колесо, 
и как бы самому не поскользнуться!..

Появляется полотёр. 
Он слышал последнюю фразу Хрущёва.

Полотёр

Весь день паркеты драили вчера, 
вы тут поосторожнее ходите. 
Хотел дорожку постелить с утра, 
да не велели.

Хрущёв

              Завтра постелите.

1987



Стихотворение взято из книги:

Чуев Ф. И. Русский пламень: Стихи, историческая драма. - М.: Советский писатель, 1990